Токио — День 1

День 1

 

Токио-Токио-Токио! Как же я давно о тебе мечтала! Еще каких-то два часа и ты мой! Или мое? Нужно только пережить жуткую турбулентность (оказывается, в японских самолетах тоже трясет!), справиться с заполнением декларации и дожевать сендвич с лососем, тыквой и нутом, выданный стюардессой в качестве обеда.

Потом еще пройти паспортный контроль, получить багаж, загрузиться в такси и найти наш отель в глубине Shinjuku, одного из двадцати трех районов Токио. Чекинимся, распаковываем чемоданы, переезжаем в номер побольше и с видом, снова распаковываем чемоданы и, наконец удовлетворенные, ложимся вздремнуть. Мечта может и подождать.

IMG_5459.jpg

Проснувшись и обнаружив за окном вместо вида темноту, тянемся за ноутбуками, ужин-то не заказан! Токио занимает первое место в мире по количеству мишленовских ресторанов, в три раза обгоняя столицу гастрономии Париж. Начинаем обзванивать все 217, где-то ведь должно повезти. Минут сорок слушаем извинения, что мест нет и не будет никогда, что нужно было бронировать заранее и вообще в письменном виде. Почти отчаявшись, делаем последние несколько попыток и тут… нежный женский голос на другом конце сообщает, что нам очень повезло, у них только что произошла отмена брони на 9 вечера на двоих. Положив трубку, прыгаем по кровати от радости – у заказанного ресторана три звезды Мишлен.

Ishikawa ***

 

img_3619

Пока ехали в такси читнули, что наш ждет. Высокая японская кухня называется «кайсеки» и объединяет в себе традиции самурайских банкетов, императорских чайных церемоний, монастырской кухни и искусства икэбаны. Краеугольным камнем кайсеки является понятие «омакасе» — «я вам доверяю». Гость доверяет повару, который лучше знает, что подать, в каком количестве и порядке. Ему лишь надо знать ваши предпочтения и бюджет, чтобы выбрать подходящие ингредиенты и приемы готовки. Гость должен воспринимать вечер за столом не как прием пищи, а как театральное представление, получая удовольствие и от вкуса блюд и от их созерцания. Меню не ждать, созерцать и кайфовать, задача ясна!

img_5176

Покружив с полчаса по Kagurazaka, району элитных ресторанов и гейш, таксист, наконец, высаживает нас у традиционного деревянного японского домика. Отодвинув бамбуковую дверь, попадаем во внутренний дворик с карликовыми кленами и маленьким каменным прудом с оранжевыми карпами, а оттуда через еще одну скользящую дверь в сам ресторан. «Irassyaimase!» «Irassyaimase!» «Irassyaimase!», в унисон приветствуют нас повара за открытой кухней, тепло улыбаясь и махая нам, кто полотенцем, кто палочками, кто разделочным ножом. Гости, сидящие за баром подхватывают “добро пожаловать” и тоже почему-то кивают и улыбаются нам как родным, правда, не прекращая жевать. Явившаяся девушка в кимоно увлекает нас, немного оторопевших, от бара вглубь темного коридора. У одной из четырех светящихся дверей она останавливается, бесшумно опускается на колени, так же бесшумно раздвигает бамбуковые створки и, не поднимая глаз, приглашает внутрь. В небольшой затемненной комнатке без окон, похожей на бункер, нас ждет деревянный стол, два стула, картина на стене и полный приват. Стараемся уже ничему не удивляться.

Трапеза кайсеки традиционно сопровождается саке, но мы, с самолета мечтая о белом бургундском, берем гран крю Chassagne — Montrachet 2013 года. Наша гейша одобрительно кланяется и семенит в своих деревянных сабо и белых носках его охлаждать. Возвратившись, разливает янтарную жидкость по бокалам и предлагает попробовать первую закуску — двухстворчатого моллюска под желе из хризантем. Напевая “нету никаких проблем….” моментально проглатываю невесомую субстанцию.

Чаша из под моллюска сменяется фарфоровым листом лотоса с десятисантиметровыми рыбками Аю. Официантка говорит, что деликатес специально жарили на изогнутых шпажках, чтобы воссоздать впечатление движения. Созерцаем резвящихся у нас на тарелке мальков, съедаем каждого с головой.

img_5162

Далее, черепаховый суп. Всегда мечтала попробовать! Снимаю круглую крышечку с расписной пиалы и вооружившись маленькой изогнутой ложкой дегустирую. В ароматном бульоне встречается зелёный лук, грибы шиитаке, пророщенные соевые бобы и маленькие кусочки сладковатого мяса, похожего по вкусу на лягушачьи лапки или курицу. Вкуснейший и легкий супец, жаль дома не повторишь.

img_5173

После трех закусок к нам в комнату с поклоном входит шеф в белом, на прекрасном английском расспрашивает про наши впечатления от Японии и сервирует три вида сашими – из розового сибаса, морских ежей и японской рыбы Исаки (из семейства помадазиевых или ворчуновых, кто разбирается). Обращает наше внимание на разницу между текстурой ежа с острова Хоккайдо и ежа с острова Кюсю. Да, да, активно киваем повару, один воздушный и пористый, а второй плотнее и более маслянистый! Только оставшись одни понимаем, что это был сам Hideki Ishikawa, владелец ресторана, обладатель трех мишленовских звезд, основатель собственного кулинарного стиля и адвокат идеи, что к ингредиентам должен прикасаться не повар, а художник. Хорошо, что в Корее привыкли к ежам, хоть не стыдно беседу поддержать.

А между делом перед нами опять какое-то желе! “Деликатесный паровой моллюск абалоне с родной печенью и бульоном, сваренным из абалоне», с гордостью докладывает официантка. Рассматриваю блюдо как предмет искусства и передаю дрожащую плоть напротив – хватит с меня слизняков.

Освежаем рецепторы нашим прекрасным понятным Шардоне и готовимся к атаке следующего блюда – рыбы-сабли, притаившейся под корнем лотоса. Вот это дело! Белоснежное филе – сочнейшее и воздушное, как вата, а корень лотоса, ну, как обычный корень лотоса, сами понимаете, сладковатый и хрустящий.

img_5211

Саблю сменяет голубой краб-плавунец с киотским баклажаном. Тоже вкуснотища! Краб разделан на волокна и укутан в тягучий соус, а баклажан, не знаю уж как приготовленный, настолько нежный, что разваливается от малейшего к нему прикосновения к нему палочек. Делаем еще один глоток вина и обещаем друг-другу мужаться, осталось три перемены.

На этот раз в руках нашей девушки в кимоно два чугунных горшочка. Суп? Не совсем, хот пот или шабу-шабу или азиатское фондю. Не буду вдаваться в подробности приготовления, об этом подробно позже, скажу только что наш “горячий горшочек” с тончайшими лоскутками говядины вагю, овощным жульеном, лапшой и умопомрачительным бульоном пошел на ура. Еще бы, первое и единственное мясное блюдо за вечер!

Не успели перевести дух, как дверь снова скользит и в комнату входит Ишикава: “Наелись? А я вам принес что-то особенное! Мой фирменный рис с муреной и маринованными овощами.” Демонстрирует котелок со всеми ингредиентами и, напевая что-то себе под нос, начинает их активно смешивать за нашим столом. “Они разве не ядовитые, эти змеи?», пытаюсь я сопротивляться. “Обезврежены”, смеется Ишикава и накладывает мне порцию с горкой, рекомендуя запивать все мисо супом. Под остатки вина медленно осиливаем половину котелка и откидываемся на спинку стула. Ну все, уноси готовенького.

 

Заключительный акт гастрономического представления – дыня из Саппоро с желе из рома и агар-агара на сливочном супе, зеленый чай в керамических чашечках и съедобная надпись на деревянном подносе – “Happy Honeymoon”. Растроганные, с особой вдумчивостью наслаждаемся десертом, пьем чай, раздаем визитки, фотографируемся с Ишикавой и официанткой, зовем всех в гости и обещаем вернуться.

img_5300

Провожать нас выходит весь персонал ресторана. “Ogenki de!” «Ogenki de!» «Ogenki de!», кричат в унисон повара и официанты пока мы садимся в такси. Ишикава тоже тут, кланяется, машет и в последний момент просовывает в окно какой-то пакетик: “вам на завтрак!”. Такси трогает, мы машем из окна, в пакетике перекатываются трехзвездные горячие рисовые шарики с муреной.

img_5289